История судеб детей войны

Лацина Мария Никитовна – 1929 года
Хромина Полина Ивановна – 1925 года
Хромин Василий Федотович – 1926 года
Серикина Анастасия Дмитриевна – 1928 года
Прокофьева Анна Михайловна – 1928 года
Нагорная Надежда Прохоровна  – 1927 года
Лебедева Лидия Леонтьевна – 1929 года
Арсентьева Антонина Михайловна – 1928 года
Иванова Анфиса Васильевна – 1927 года
Проскурина Зинаида Николаевна – 1929 года
Богданова Евгения Дмитриевна – 1926 года
Арсентьева  Любовь Сергеевна – 1928 года
Серебрякова Прасковья Федоровна – 1928 года

Все они дети войны, все как один помнят тот страшный августовский день, когда армия вермахта оккупировала станицу. У каждого в памяти отпечатался какой-то свой эпизод и оставил глубокий след.

Из воспоминаний коренной жительницы станицы Стодеревской Прокофьевой Анны Михайловны 1928 года рождения: «Мы были в ту пору подростками. Я хорошо помню, как вместе со взрослыми наблюдала воздушный бой над Моздоком, как падали подбитые самолеты, и столбы черного дыма поднимались от земли к небу».

Анна Михайловна рассказала о том, что советские солдаты спешили переправиться через Терек к своим, на правый берег, но успели не все. А немецкие мотоциклисты уже колесили по улицам станицы. Местные жители старались помочь своим солдатам: кому-то показывали потайные тропинки к реке, кому-то дали гражданскую одежду, чтобы выдать за местного жителя. Вскоре появились и немецкие танки. Сельские мальчишки, не видавшие в жизни никакой техники, кроме единственного колхозного трактора, с удивлением рассматривали и танки, и танкистов. Но когда услышали чужую речь, бросились врассыпную по улицам.

 Немцы врывались в дома станичников, искали советских солдат: «Русский зольдат есть?». Испуганные женщины и старики только отрицательно качали головами.

Подвиг сельского паренька

Не успевшие отступить солдаты Красной Армии продолжали оставаться на территории станицы Стодеревской, уже захваченной немецкими войсками. Небольшими группами они пытались прорваться к своим, но местность была незнакомой, да и река просматривалась как на ладони.  Вот в этот-то момент и нашел одну из таких групп тогда еще совсем юный мальчик Коля Черсков. Он вырос на Тереке, знал здесь все тропинки. Еще до войны сделал себе деревянную лодку (у нас в станице такую лодку называют «каюк»). Жители станицы практически каждый день на таких каюках переправлялись на правый берег Терека в лес: собирали ежевику, лесные яблоки и груши, запасались на зиму дровами.

Николай Черсков, несмотря на свой юный возраст, уже имел навык умелого управления каюком по быстрой горной реке. Он предложил свою помощь солдатам, рискуя собственной жизнью. Отвел их к тому месту, где русло реки делало извилину и было неглубоким, и успешно переправил бойцов-красноармейцев на правый берег Терека. Солдаты быстро поблагодарили мальчика и скрылись в лесу.

Закончилась эта страшная война, наступила мирная жизнь. Черсков Николай Федосеевич повзрослел, женился на Плешаковой Галине Павловне. Родились у них две дочери Людмила и Елена, сын Александр. Николай Федосеевич и Галина Павловна трудились в родном колхозе имени С. М. Кирова, дети учились в школе. Отец не раз рассказывал своим детям, как спас в 1942 году советских солдат.

Наступил 1983 год. На территории станицы Стодеревской была организована встреча однополчан 347 Мелитопольской ордена Суворова II степени дивизии.

Бойцы вспоминали те страшные дни, когда в спешке приходилось отступать, погибших товарищей.

А двое мужчин рассказали историю про то, как спас им жизнь местный   мальчишка Коля, переправив через Терек. В нашей станице старожилы знали эту историю и привели Черскова Николая Федосеевича на встречу. Спустя 40 лет бывшие солдаты благодарили уже взрослого мужчину за подвиг, совершенный им в далёком 1942 году. Они втроем снова пошли на Терек, на то место, где когда-то были узкое русло и извилина, сделали фото на память.

Эта фотография хранится в школьном музее Боевой Славы Стодеревской средней общеобразовательной школы.

Из воспоминаний Полины Ивановны Хроминой, жительницы Станицы Стодеревская Курского округа

«Какие только работы не приходилось выполнять. В 41-м отца забрали на фронт. Нас в семье четверо детей, я самая старшая. Нужно помочь матери прокормить семью. Поэтому в 16 лет пошла работать в колхоз. Собирала колоски, жала серпом, косила косой, работала прицепщицей на тракторе. В летнюю пору ночевали в поле, чтобы рано утром подняться до восхода солнца и начинать работать. Было трудно, но смогли все выдержать и перенести. После того как немцы ушли из станицы, я окончила курсы трактористов и с 43-го года пахала, сеяла, ухаживала за посевами, убирала урожай. Помочь некому было, сами до всего доходили. А зимой или весной выйдет из строя деталь, и несешь ее пешком через все поле к железной дороге. Там у нас находилась машинно-тракторная станция. Слезами умываешься, а поделать ничего нельзя, такое уж трудное было время. И только когда стали возвращаться домой с фронта мужчины, стало легче».

Истории судеб детей войны. Оккупация станицы войсками вермахта

Несмотря на Сталинский приказ «Ни шагу назад!», части Красной Армии отступали на Северном Кавказе на протяжении всего августа.

ФАКТ. Из дневника солдата вермахта Л. Треплина «15 августа мы были переброшены на восточный фланг Кавказского фронта, на берега Терека, У нас не было покоя ни днем, ни ночью. Если днем нас донимали штурмовики, то сентябрьские ночи вообще превращались в ад: с наступлением темноты появлялся биплан «швейная машина» на жаргоне солдат. Он облетал нашу позицию на низкой высоте и сбрасывал бомбы».

С августа 1942 года по январь 1943 года территория станицы Стодеревской была оккупирована немцами. Здесь гитлеровское руководство планировало создать особый рейхкомиссариат «Кавказ», ввести немецкий язык в качестве обиходного и вести политику экономического ограбления.

Из воспоминаний Прокофьевой Анны Михайловны: «Немцы пришли в станицу и заняли дома, а хозяева с детьми вынуждены были переселиться во времянки, подвалы. В нашем доме было две хаты и сенцы. В передней хате с видом на улицу поселились немецкие солдаты, а в задней – наша семья (мама, сестра, я и брат). Сенцы они превратили в кладовую, где висели копченые колбасы, лежали круги сыра, леденцы, хлеб и др. Мы, дети, не видели сахара, хлеба вволю не хватало, ходили в течение дня с ощущением постоянного чувства голода. И то, что было у немцев в кладовке, нам казалось чудом. Я часто просилась помыть немцам полы, за что получала горстку колотых леденцов. Мама ругала меня, не разрешала брать подачки от врагов. Но разве мы, дети войны, могли тогда это понять?»

Из воспоминаний Серикиной Анастасии Дмитриевны: «Каждую ночь станицу бомбили наши советские самолеты, стараясь выгнать немцев. Мы вместе со взрослыми женщинами прятались в подвалах, уезжали с вечера в кукурузное поле, чтобы не попасть под бомбежку. Обидно было получить пулю от русских летчиков. Немцы насмехались над нами, когда мы ели семечки подсолнуха, лепешки из сурженки (смешанная ржаная мука с пшеничной).  Они называли семечки «Сталин шоколад».

Из воспоминаний Лациной Марии Никитовны: «Перед приходом немцев колхоз распустили, всем жителям станицы разрешили забирать домой колхозных лошадей, кур, свиней. Оставшиеся одни без мужей женщины надеялись прокормить детей, пережить зиму. У немцев вначале были запасы продуктов, а потом они стали отбирать у населения все: яйца, молоко, кур, свиней.»

ФАКТ. Немецкий историк Н. Мюллер писал: «Вопрос продовольственного обеспечения вермахта решался в основном за счет тыловых районов группы армий «Юг». Значение их с захватом Дона и Кубани выросло еще больше. В течение короткого периода все запасы этих районов были разграблены. Фашистские войска получили из южных районов в 1942-1944 гг в общей сложности 3,5 млн т зерна (в т.ч. 509 тыс. т ставропольского) и 267 тыс. т мяса».

Из воспоминаний Надежды Прохоровны Нагорной: «В колхозе все работы прошли. Мужчины на фронте, а мы тыл на своих плечах держали. Зиму и лето в тяжком труде во имя победы».

Из воспоминаний Прокофьева Федора Ивановича: «Мы, тринадцати-четырнадцатилетние подростки выполняли всю мужскую работу: возили воду на быках и конях в поле, косили серпами, пахали на тракторах. Было очень тяжело. Трактор был колесный, огромный. Назывался СТЗ-59. Колеса постоянно забивались, надо было очищать. Но самые трудные годы пришлись на военное время. С 1941 по 1946 годы я непрерывно работал на тракторе. Жили в поле, в вагончиках, работали и днем и ночью. Ночью на трактор вешали фонари, которые освещали дорогу. Трактора часто ломались, радиаторы были дырявые, поэтому через каждые 100 метров стояли бочки с водой. Работали до изнеможения, да и питались плохо. Поварихи варили галушки из ржаной муки, затирушки. Но не роптали, знали, что работали на Победу. Главное, чтобы были сыты солдаты на фронте».

Труженики сельского хозяйства в труднейших условиях вели борьбу за повышение урожайности в растениеводстве и продуктивности общественного животноводства. И это им удавалось. План поставки хлеба, мяса, молока и других продуктов неизменно перевыполнялся. «Работаем для фронта, для победы над врагом!», – под таким лозунгом люди работали днем и ночью, столько, сколько было необходимо, не щадя себя.

Все оставшиеся в живых труженики тыла награждены медалями «Ветеран труда», «Труженик тыла», юбилейными медалями.